Попаданка. Не твоя истинная - Анжелика Янчевская

Попаданка. Не твоя истинная

1

Холод пробирал до самых костей.

Первый же вдох обжёг лёгкие. В нос ударил едкий запах плесени и ржавчины. На пересохших губах — тошнотворный металлический привкус крови.

Я попыталась пошевелиться, позвать на помощь, но из горла вырвался лишь сдавленный сип. Спина вспыхнула так, что в глазах потемнело. Малейшее движение отзывалось в мозгу вспышкой боли.

Я лежала на грязном каменном полу тесной кладовой, зажатая между какими-то мешками и сломанными ящиками. Грубая серая ткань простого платья была изодрана в клочья и задрана почти до груди.

Дрожащей, непослушной рукой я скользнула вниз. Пальцы наткнулись на липкую, подсыхающую влагу. Медленно, с замиранием сердца, я подняла руку к лицу. В тусклом свете на пальцах отчётливо виднелась кровь.

Бёдра покрывали страшные багровые рубцы. А выше… Низ живота сводило пульсирующей болью, от которой темнело в глазах и к горлу подкатывала желчь. Внутри всё горело.

Мне, девятнадцатилетней студентке, не нужно было объяснять, что именно со мной произошло. Но как⁈ Я же просто шла домой с практики… А очнулась здесь. Я не понимала, где нахожусь и как сюда попала. Осознавала лишь одно: со мной сотворили нечто чудовищное.

Я не знала, за что, и кто тот садист, что устроил этот кошмар. Горло сдавило. Из глаз хлынули горькие слёзы, обжигая грязные щёки. В свои девятнадцать лет я ни разу не была с мужчиной, берегла себя для настоящих чувств. А теперь… моим «первым» оказался какой-то безжалостный маньяк, что растоптал меня, растерзал и швырнул на этот каменный пол умирать. От осознания хотелось выть в голос. Но я выжила. Каким-то немыслимым чудом я всё ещё дышала.

Скрипнули несмазанные железные петли. Узкая полоска света разрезала полумрак кладовой. Я замерла, задержав дыхание.

— Лия? — раздался испуганный женский шёпот.

В тесное помещение метнулась тень в чепце и фартуке. Увидев меня на полу, девушка бросилась ко мне, не заботясь о том, что стирает колени о жёсткие камни.

— Боги милосердные… Лия, девочка моя, ты дышишь! — Она трясущимися руками коснулась моего перепачканного кровью лица.

Я попыталась спросить, кто она, но пересохшее горло выдало лишь булькающий хрип.

— Молчи, молчи, умоляю, — запричитала незнакомка. Она торопливо и осторожно одёрнула остатки платья вниз, чтобы прикрыть мою наготу. И тут её взгляд упал на исполосованные ноги.

Девушка побледнела. В глазах застыли слёзы.

— О боги всемогущие… Он ведь не просто избил тебя, да? Он…

Она зажала рот обеими руками, подавляя всхлип. Я прикрыла глаза. От звуков её голоса в голове вспыхнула пульсирующая боль. К тому же я не понимала, к кому она обращается. Какая ещё Лия? Меня зовут Светлана! Наверное, девушка просто перепутала меня со своей знакомой.

— Я же говорила тебе! — горячо зашептала она. — Как только лорд Кэрриан на тебя так взглянул вчера на кухне, я сразу почувствовала что-то страшное! В его глазах была такая тьма… Тебе ещё вчера надо было бежать из замка, бросить всё и бежать! Для таких драконов, как он, мы — просто кусок мяса!

Лорд Кэрриан. Имя резануло по сознанию. Я понятия не имела, кто именно сотворил со мной этот кошмар, но мысленно сделала зарубку: этого лорда Кэрриана нужно опасаться и обходить десятой дорогой. Но стоп. Лорд? Драконы? Какие ещё, к чёрту, драконы⁈ Куда я вообще попала⁈

— Нам нужно уходить. Сейчас же, — девушка нервно оглянулась на приоткрытую дверь, за которой сгущался мрак коридора. — Если стража увидят… нам обеим конец. Увечных служанок здесь не держат. Давай, опирайся на меня.

Каждый шаг по ледяным каменным плитам казался пыткой. В замке стояла глухая тишина, прерываемая лишь нашим шарканьем и моим сбитым дыханием. Грубая ткань немилосердно царапала исполосованное тело, но я заставляла себя переставлять ноги.

Когда мы наконец ввалились в крошечную каморку без окон, я рухнула на жёсткий соломенный тюфяк в углу.

— Сейчас, сейчас, я запру дверь и достану воду, — засуетилась моя спасительница, задвигая тяжёлый железный засов. — У меня тут припрятаны чистые тряпицы и мазь, она щиплет, но кровь остановит… Никто ничего не узнает.

Она метнулась в тёмный угол каморки, вытащила небольшой таз с водой и принялась торопливо смачивать тряпку. Я прикрыла глаза, позволяя себе наконец сделать нормальный вдох.

И в этот момент в хлипкую деревянную дверь с оглушительным грохотом ударил тяжёлый кулак.

— Открывай! — раздался по ту сторону грубый мужской бас.

2

Всё внутри оборвалось. Тело отказывалось повиноваться. Я зажмурилась.

Но Мира, замершая было с мокрой тряпкой в руках, вдруг шумно выдохнула. Напряжение, сковавшее её плечи, разом спало.

— Слава богам… — прошептала она и торопливо повернулась ко мне. — Всё в порядке, Лия, не бойся. Это дядюшка Борг… старший надсмотрщик.

Она метнулась к двери, на ходу приглаживая растрепавшиеся волосы. Заскрежетал железный засов, и створка распахнулась.

В каморку тяжело шагнул грузный, широкоплечий мужчина. Одежда на нём была чистая и опрятная, а вместе с ним в воздухе разлился едва уловимый запах жёсткой кожи и лёгкого дыма.

— Ты почему на кухню не вышла, девка? — по-доброму рявкнул он. — Смена началась четверть часа назад! Думаешь, раз лорд Кэрриан изволил отбыть в город развлекаться, так можно…

Борг осёкся на полуслове. Его взгляд упал на меня — на изодранное платье, таз с красной водой, окровавленные тряпки. Вся его напускная суровость слетела в одно мгновение.

— Матерь божья… — надсмотрщик побледнел и тяжело осел на приземистый деревянный табурет у входа. — Лия, девочка моя… Кто же это с тобой сотворил?

Мира всхлипнула, зажав рот руками. Борг тяжело вздохнул, потёр мозолистой ладонью заросшее щетиной лицо. Ему не нужны были слова, чтобы всё понять.

— Лорд Кэрриан, — глухо констатировал он, сжав огромные кулаки так, что побелели костяшки. — Будь он проклят… Как она, выживет?

— Держится, дядюшка Борг, — дрожащим голосом ответила Мира, опускаясь на колени рядом со мной. — Но ей отлежаться надо. Раны страшные.

Борг решительно кивнул и посмотрел на меня. В его взгляде было столько сочувствия, что к горлу подкатил ком.

— Приходи в себя, девочка. Договоримся и подменим тебя, — голос его звучал на удивление тепло. — Я скажу старшей горничной, что ты слегла с болотной