Ученица Тирана в Академии Ёкаев - Хэля Хармон

Кира Иствуд, Хэля Хармон

Ученица Тирана в Академии Ёкаев

Пролог

Юмина

— Юми…

Мне снится, будто голос господина Айрона, моего Безупречного наставника, Небожителя… звучит ласково. Чудной сон.

Ни-ко-гда этот тиран не разговаривал со мной ласково.

Если только не подразумевался сарказм.

Тогда это было «как бы ласково», но по факту — угрожающе!

— Юми… какая же ты сладкая…

ЧТО?!

К звуку добавляются ощущения. Горячее дыхание с мятными нотками, опаляющее кожу моего виска.

Да что за наваждение?..

А потом возникают и другие ощущения в теле — немного сладко потягивает между бёдер. Даже слегка саднит.

Чужие крупные сильные ладони жарко лежат на моей талии и груди

В бедро упирается нечто очень горячее, слегка пульсирующее и стремительно твердеющее…

Ох, Небожители!

Я резко распахиваю глаза.

Это не моя комната.

Этот расписной потолок с тусклыми парящими магическими огоньками — явно должен быть в покоях наставника и нигде больше.

Я лежу под простынью, и под ней меня вжимают в твёрдое мужское тело, и картинка из осколков, наконец, собирается в единое целое.

Я — ученица великого Айрона.

Его способности находятся за пределами понимания обычных людей, даже владеющих магией, как я. Ведь мой наставник из рода Безупречных. Или, как их чаще называют люди — Небожителей. Я несколько лет назад попала к нему в ученицы. Большинство сказало бы, что мне несказанно повезло — ещё бы! Какой-то там пусть и одарённой человечке — попасть под крыло Безупречного. Только вот никто не знает, какой изощрённой пыткой были годы его наставничества.

Но как так вышло, что теперь я лежу в его постели, а он — сжимает меня в объятиях и, не просыпаясь, шепчет моё имя вперемешку с нежными непристойностями?!

А это чувство там, внизу между бёдер…

Неужели я и мой тираничный наставник — мы с ним вчера ночью сделали «это»?!

Ох, нет, такого не могло быть!

Он меня презирает! Вообще всех обычных людей. Но я, несомненно, первая в его чёрном списке. Зная это, я пыталась лишний раз его не раздражать! А это сложно. Потому что я одним своим дыханием вывожу наставника из себя. Видите ли — неправильно дышу. И моргаю по его пониманию я тоже в корне не верно — слишком часто, слишком быстро. Да ему всё во мне не нравится!

И я бы с ним ни за что!

Никогда!

Нет-нет-нет!

…и всё же это не сон.

Идеальное будто высеченное из мрамора лицо наставника — ровно напротив моего. И даже во сне в чертах угадывается надменность. Кажется, что он прямо сейчас, не открывая глаз, меня за что-нибудь отчитает… Может за то, что я смотрю на него без должного почтения?

Святые Небожители…

Я всё ещё лежу в глубоком шоке и ступоре, пытаясь осмыслить ситуацию. Вспомнить вчерашний день. Осознать — как до этого докатилось. И понять — как теперь быть?!

Как… КАК?

И тут чёрные ресницы Айрона дрогнули. Моё сердце, будто сорвавшись с обрыва, зашлось диким стуком при мысли, что он сейчас проснётся и придётся обсуждать…

А я-то что скажу?

Я не готова об этом говорить!

Никогда!

Только не с ним!

А если… если он сделает вид, что такая близость в порядке вещей, как новая ступень ученичества? И вообще обсуждать тут нечего. А лучше повторить — для закрепления материала.

Абсурд! Что мне в голову лезет?!

Я была его послушницей и ученицей не один год. Если назвать этот период одним словом — то это был кошмар! Бесконечные придирки, тонна бессмысленной работы, постоянные объяснения в чём я не права. Да, давным давно наставник спас меня, и взамен я платила тем, что служила при его храме — делала всё, что велят. Однако, границы у меня есть. Порой я стояла за себя. Научилась уж за столько лет.

И уж точно никогда не согласилась бы вот так… зная отношение наставника ко мне.

И всё же…

Всё же… моё тело сладко трепещет от осознания катастрофы, что случилась между нами. В такт колотящемуся сердцу сжимается что-то внизу живота, моляще… как будто просит продолжения…

Продолжениячего?

…Горячая ночь, как в дурмане, стоит перед мысленным взором, обрывками:

Наставник — жадно целует мои губы.

Укладывает моё трепещущее тело на свой рабочий стол. И…

Ох…

Стыд затапливает от стоп до кончиков ушей. Я в ужасе зажмуриваюсь, не желая сейчас вспоминать! Иначе я просто сгорю, испарюсь от всепоглощающего стыда, и смущения. А память тем временем услужливо подкидывает ещё один образ: я, срывающимся от страсти голосом, называю наставника просто Айрон — без всяких «Господин», «Господин Ректор», «Безупречный»,"Верховный». В общем, ничего, из того, что мне годами вколачивали в голову придирками, наказаниями и методичными разносами.

И вдруг представилось, что сейчас наставник очнётся, припомнит всё это фамильярное безобразие, отчитает меня так жёстко, как никогда и накажет.

Но почему-то в моей голове понятия «жёстко» и «накажет» издевательски подменились картинками из неприличного ночного калейдоскопа.

Я не затрясла головой, только потому, что боялась разбудить наставника.

Ох, Небожители!

Я же приличная невинная девушка. Была. У меня вообще никогда не было никаких связей. Даже поцелуев. Даже объятий! А теперь сразу вот так. Да ещё и с тем, кто меня презирает. Даже если мои чувства к наставнику были иными, но…

Нет, не понимаю. Как это получилось?! Почему?! И что мне теперь делать?

Сейчас наставник очнётся и…

Я не хотела думать, что будет после этого «и». Всё чего желала — убежать и желательно на другой конец мира. В худшем случае сделать вид, будто ничего не было. Потому что замуж мне выйти не предложат. (Такое от наставника я даже вообразить бы не смогла). Да и не хочу я мужа, который меня не любит меня. Такая уж я старомодная… Лучше одной чем так.

Ну а раз всё уже случилось. Что ж… Просто… переживу это. Переживу же? Было и было. Телу моему понравилось. Для души — опыт. А что до общественности — никто не узнает. А впрочем… плевать! Мы уже не в каменном веке. И у меня нет семьи, которую я опозорила связью до брака.

Так я убеждала себя, а сама очень тихо и очень осторожно, убедившись, что наставник Айрон ещё спит, приподняла простынь.

Ох… я там голая!

Последняя надежда рухнула: не приснилось, не показалось!

Не просто срамной