Искатель, 2012 № 09 - Журнал «Искатель»

ИСКАТЕЛЬ 2012

№ 9

ООО «Искательпресс», 2012

Содержание:

Василий ЩЕПЕТНЕВ

КОСА СМЕРТИ

рассказ

Сергей САКАНСКИЙ

ВОРОТА В ПРЕИСПОДНЮЮ

повесть

Александр ЮДИН

КОНСПИРОЛОГИЧЕСКАЯ СЮИТА

рассказ

Владимир ЛЕБЕДЕВ

историческое расследование

ЛЕГЕНДЫ ПОСЛЕ СМЕРТИ

ЗНАКИ ДЛЯ ИНОПЛАНЕТЯН!

Василий ЩЕПЕТНЕВ

КОСА СМЕРТИ

— Очки сними, — посоветовал Иван.

Я послушно снял и стал вертеть их в руках.

— Ты прямо дитятко. Спрячь, а лучше дома оставь. Без них хоть что-нибудь видишь?

— Большое что-нибудь — вижу. Вблизи. При хорошем освещении. А маленькое что-нибудь могу не разглядеть. Особенно вдалеке.

— Ничего маленького не ждем, — заверил Иван.

Очки прятать было некуда, футляр для очков у меня хлипкий, мирного времени, для библиотеки хорош, а для боя не годится. Поэтому я просто положил очки за наличник. Не сдует.

— Так-то лучше. Идем, интеллигенция, опоздаем.

— Авось, — ответил я.

Опоздать мы не могли, некуда нам было опаздывать. Я, Иван, Макар Степанович, Ирина Викторовна, Леонид Борисович и другие дубравчане, словом, все сто четырнадцать жителей поселка стояли перед домом Симоненко, крайним с западного конца Дубравки. Холодно, минус пятнадцать. Ветер небольшой, и на том спасибо. Снежок редкий, но, чувствую, к ночи запуржит.

Здесь мы. Там они. Они — это демонтажники, бригада по ликвидации незаконно возведенных построек. Так в документах именуют нашу Дубравку, шестьдесят восемь жилых строений плюс неучтенное число надворных построек. Демонтажников-строителей один автобус, бригада. Бригаду поддерживает ОМОН, три автобуса. Числом нас примерно поровну, но что могут сделать плохо организованные безоружные люди от мала до стара против бульдозеров и ОМОНА, пусть даже эти люди защищают собственные дома? Разве что костьми лечь. Но не всем хочется. Да и не дадут — самим лечь.

— Предупреждаем, те, кто станет препятствовать, будут наказаны в административном порядке, — прокричал в матю-гальник майор-омоновец.

— В цепь становитесь, в цепь, — скомандовал Макар Степанович, в начале шальных девяностых трибун среднего калибра, а сейчас — никто. Как я. Как Иван. Как все жители Дубравки. Но ему-то семьдесят лет, не стыдно.

Мы растянулись цепью, ткснщины с детьми тоже, в надежде, что не тронут.

Бульдозер — японский, красивый, оранжевый, словно большая игрушка. Он зарычал и пошел на цепь. Но метров за десять от нас остановился. Давить народ бульдозерист не станет. Во всяком случае, в первый день.

Взвод омоновцев налетел на цепь, налетел и разорвал, словно не цепь это, а гнилая веревка. Что делать, мало у нас железных людей, а крепость цепи определяется слабейшим звеном. Слабейших звеньев у нас хватает. Да вот хотя бы я. Выдернула меня пара омоновцев, ухватила хитро, не рып-нешься, и повела к автобусу. Я и не рыпался, ноги переставлял послушно, и потому меня почти не били — так, дали разок по шее и по спине, без злости, больше чтоб согреться.

Автобус — «пазик» — заполнился быстро. Взяли человек пятнадцать, молодых и буйных. Или просто молодых, меня, например.

— Ну, орлы-галки-вороны, побузили — и будет. Сейчас я отвезу вас в район, составим протокол и все, что положено, — капитан говорил весело, как с хорошими знакомыми.

— Работа у него такая, — вполголоса сказал Тихон Сергеевич, некогда биолог, а сейчас все то же никто.

Иван бы ему насчет работы сказал, но Ивана с нами не было: я успел заметить, как он стукнул одного омоновца, другого и стремительно отступил на заранее подготовленные позиции. Надеялся, что ОМОН бросит нас хватать и кинется за ним. Нас не бросили, а вот догнали Ивана, нет, я не знал. Ивану хоть и хорошо за сорок, но его запросто не возьмешь — афганская выучка в крови навсегда.

Но я — размазня, ботаник, для меня и в автобус попасть подвиг великий.

До райцентра, Огаревска, нас не довезли. На полдороге «пазик» остановился.

— Поломка, — весело сказал капитан. — По такому случаю объявляю амнистию. Но смотрите — в другой раз получите вдвойне.

Мы вышли наружу, каждый для ускорения получил пинка. А палкой по спине — выборочно. И больно, и обидно. Боль-то пройдет быстро...

Солнце потихоньку клонилось к вечеру. А отсюда до Дубравы часа три шагать. Хорошо хоть, что хворых и немощных среди нас нет. Дойдем.

И мы пошли назад. Автобус же покатил в Огаревск. Быстро же починили. Умеют, когда захотят.

Пока шли, думали, с чего такая милость. В соседнем районе, в Листвянке, тех, кого забрали по первому разу, мало того что побили крепко, так еще до полуночи продержали в райотделе, оштрафовали и выбросили на грязный пустырь, что за зданием райотдела. Это случилось осенью, морозов, конечно, не было, но дождь при плюс пяти и полном отсутствии фонарей — тоже впечатляет.

Видно, кто-то из Дубравки, тот же Макар Степанович, позвонил на телевидение, те выслали бригаду к райотделу внутренних дел снимать задержанных, то есть нас, а нас-то и не будет. Нет людей — нет проблемы! В другой раз телевидение и не приедет, в каком бы состоянии